 |
|
Она гоняет, как собак, В ненастье, дождь и тьму Пять тысяч Где, семь тысяч Как, Сто тысяч Почему!..
Они поднимаются. Вверху - веранда, парусиновые пологи над ее пролетами. Над входом надпись: Ресторан "Магнолия". оттуда доносится музыка...
Но теперь мы имеем дело с людьми, которые убивают сами себя. Что тут поделаешь? Система наказания тоже изменилась. До 11 сентября Амери..
Смотрите также:
Жизненный путь Ярослава Гашека
Ярослав Гашек. Статья из Литературной энциклопедии
С.В.Никольский. Творчество Ярослава Гашека и Россия
В Праге открыт конный памятник Ярославу Гашеку
Вы читаете «Биография американца», страница 1 (прочитано 0%)
«Злоключения избирателя», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Школа провокаторов», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
- Милый,- сказала мисс Мери Вильсону,- мы должны быть откровенны друг с другом. Ведь завтра мы станем мужем и женой. У каждого из нас есть свои
недостатки. Давай расскажем друг другу всю свою жизнь.
- Мне начинать, не правда ли? - спросил Вильсон.
- Начни,- сказала мисс Мери,- но не умалчивай ни о чем.
- Ладно,- отозвался Вильсон. Он удобно растянулся в кресле и закурил сигару.
- Итак, я родился на ферме в Канаде. Мой отец был добряк и силач, дорогая Мери; он один ходил на медведя. В общем, добрейшей души человек. Мы
мирно благоденствовали втроем, но когда мне исполнилось пять лет, отца посадили в тюрьму. Бедный папа зарабатывал, как мог. По всему краю до самых
озер не было богача, который бы еще и сегодня не вспоминал банду папаши Вильсона. Мы грабили состоятельных фермеров и жили, ни в чем не нуждаясь.
Помню, когда мне исполнилось четыре года, отец в день моего рождения взял меня на дело. Лучшего подарка он не мог бы придумать. В тот раз мы ограбили
купца на берегу озера. "Через год опять пойдешь со мной, малыш",- пообещал папаша, но, увы, нашим мечтам не суждено было сбыться: бедный папаша получил
десять лет.
Но отец и на суде не терял присутствия духа. Услышав приговор, он сказал: "Мистеры, от имени моих детей благодарю вас. Я тратил примерно два
доллара в день. В году - 365 дней, следовательно, я потратил бы в год 730 долларов, а за десять лет - 7 300. Еще раз благодарю вас от имени моих детей
за эти сэкономленные 7 300 долларов, гип, гип, ура!" Хозяйство стала вести мать. Вскоре она решила переехать в город. Однако
продать ферму оказалось трудновато. Мамаша запрашивала большие деньги, гораздо дороже, чем стоила ферма. Тогда мы поступили проще: застраховали
ферму и потихоньку распродали всю движимость. Мне было в ту пору шесть лет. Мамаша позвала меня и сказала: "Сыночек, наш папа будет очень доволен, когда
узнает, что в шесть лет ты такой умница. Хочешь посмотреть на большой огонь? Если, например, загорится наш дом и все остальное?"
"Конечно, маменька",- ответил я. Мамаша продолжала: "Помнишь, ты все просил дать тебе для игры коробку спичек? Вот тебе
пять коробков, милый. Хочешь, пойди в сарай и подожги солому. Только, смотри, никому не рассказывай, иначе папаша вернется из тюрьмы и застрелит
тебя, как негра". Я поджег ферму, и мы получили свыше шестидесяти тысяч долларов страховки. В награду мамаша купила мне библию в великолепном кожаном
переплете. Каждый квадратный сантиметр кожи стоил доллар с четвертью, ибо это была кожа вождя индейского племени сиу. Впоследствии оказалось, что
вождь живехонек и книготорговец попросту надул час.
В Нью-Йорке мамаша не сидела сложа руки. Эта энергичная женщина решила стать владелицей индейского цирка. В западных газетах было дано объявление о
наборе в труппу обладающих хорошим голосом и приятной внешностью краснокожих. На объявление откликнулось около тридцати человек. Среди них
был вождь племени сиу, тот самый, насчет которого нас обманул торговец библиями.
Тем временем:
...
Потом меня разжаловали, но все равно я был капралом. Мужчина в ту пору и
жил и умирал в своем полку, ну, и, понятно, женой обзаводился, если он был
мужчина. Когда я был капралом - господи боже мой, весь полк с того времени
и перемереть успел и опять народился! - сержантом моим был папаша Маккенна,
человек, понятно, женатый. А жена его - я о первой говорю: наш Маккенна еще
два раза потом женился - мисс Бриджит Маккенна, была родом из
Портарлингтона, моя землячка. Как там ее девичье имя, я забыл, но в роте
"Б" все звали ее мамаша Пампуша, такая у нее была округлая личность.
Барабан, да и только! И эта самая Пампуша - упокой господи ее душеньку во
блаженстве! - только и знала, что рожать детей. И когда их стало не то
пятеро, не то шестеро пискунов на перекличке, Маккенна побожился, что
начнет их нумеровать при крещении. Но Пампуша требовала, чтобы их называли
по фортам, где они рождались. И появились у нее в роте и Колаба Маккенна, и
Муттра Маккенна, весь, можно сказать, округ Маккенна, и эта самая крошка
Джханси, которая сейчас отплясывает там. Рожала Пампуша младенцев одного за
другим и одного за другим хоронила. Нынче они у нас помирают как ягнята, а
тогда мерли как мухи. Моя малышка Шедд тоже померла, но я это не к тому.
Что прошло, то прошло, у миссис Малвени больше детей не было.
О чем это я? Да, так вот, жара в то лето была адовая, и вдруг приходит
приказ из какого-то чертова иззата, забыл его название, полку
переквартироваться в глубь округа. Может, они хотели узнать, как по новой
железной дороге войска будут переправляться. И провалиться мне на месте,
они узнали! Глазом еще не успели моргнуть, как узнали! Мамаша Пампуша
только-только похоронила Муттру Маккенна. Погода стояла зловредная, у
Пампуши одна Джханси и осталась, четырех лет от роду. За четырнадцать
месяцев пятерых детей схоронить - это не шутка, понимаете вы это?
Отправились мы по такой жарище на новое место - да разразит святой
Лаврентий того типа, который сочинил этот приказ! Вовек не забуду этой
поездки...
